В этой статье рассказывается о базовых техниках классификации, использующихся в архивном деле. На примере архива иллюстраций разбираются разные типы поисковых признаков, их применимость и ограничения.
Для затравки картинка. Вот так, согласно Гуглю, сравниваются между собой юзабилити и user experience.
Картинка сама по себе замечательная (так, видно, что юзабилисты начинают пить задолго до нового года и пьют крепко). Главное же, по ней отчетливо видно, как снижается интерес к юзабилити* и как растет интерес к user experience**.
Замечательно в этом то, что юзабилити давно известно что такое («…степень, с которой бла-бла»), а с user experience ничего такого нет - смотри, например, количество определений. Строго говоря, никто не знает, что такое UX, в том смысле, что те кто знает, нипочем не согласятся с другими знающими***. С моей любовью нести в массы доброе вечное, сформулирую свою формулировку, качеству которой способствуют как длительность моих занятий студиями, так и глубокий текстуальный анализ тысяч источников, который я перелопатил.
Итак, user experience — это
степень, с которой продукт может быть, а может и не быть, использован определёнными пользователями, которым на самом деле плевать и ничего заранее не хочется, при определённом контексте использования для достижения определённых целей с должной эффективностью, продуктивностью и удовлетворенностью.
Жирным выделено места, в которых определение отличается от ISOшного определения юзабилити.
Методологически тут всё очень просто, проще, чем порой хотелось бы. И юзабилити и тем более UX до сих пор тесно связаны с компьютерами, которые очень переменились. Когда-то, в годы былые, золотые, компьютеры были такими дорогими, что использовались только для работы, т.е. для активности, в которой пользователю нужно что-то сделать. Теперь компьютеры используют не только для работы, но и для удовольствия и даже для безделья (характернейший пример - iPad). Работа же и не работа очень различны:
В такой ситуации эффективность взаимодействия (во всех смыслах) безусловно важна, но не настолько важна, как способность системы/интерфейса это взаимодействие вызвать. Попросту говоря, интернет-магазин, в котором покупать легко и быстро, но не хочется, хуже интернет-магазина, в котором мучительно и медленно, но все-таки хочется (заметьте, что создать магазин второго типа кажется довольно сложной задачей, что доказывает важность юзабилити). Именно это различение и отражено в моей формулировке.
Финансовые кризисы последнего времени вроде бы доказывают, что еще не скоро наступит время, когда человечество (или хотя бы население отдельных стран) сможет бросить работу и освободившееся время окончательно заполнить бездельем и хороводами. Юзабилити, соответственно, еще долго не потеряет актуальность. В то же время нет никаких оснований считать, что использование компьютеров для неработы в ближнее время стабилизируется, так что востребованность user experience со временем будет только повышаться.
Моя формулировка, в таких условиях убивающая двух зайцев (не надо помнить две, достаточно помнить одну), кажется особенно многообещающей.
* Объяснений феномену у меня два: (а) интерфейсы становятся объективно лучше, снижая накал борьбы и (б) юзабилити-специалистам уже не нужно никому ничего доказывать, так что живой дискуссии просто не складывается.
** График врет; термин user experience применялся задолго до пятого года, когда его начал пропагандировать Дональд Норман и до шестого, когда придумали гордое сокращение УХ (UX), но использовался недостаточно часто, чтобы Google Trends начал его регистрировать.
*** Поскольку я сам вот-вот собираюсь дать определение user experience, предупрежу, что вполне отчетливо понимаю, что и со мной не согласятся.
Выпустили сервис-пак для новогоднего подарка для тех, у кого паче чаяния не было видео внутри.
Внезапный поворот картинки на смартфоне/планшете при наклоне устройства – знакомый каждому владельцу эффект, особенно гадко проявляющийся, когда владелец устройства:
Ничего приятного тут нет – вдруг, внезапно, картинка на экране ложится на попа, причем экран фактически моргает; чтобы её перевернуть назад приходится держать устройство не так удобно, как хотелось бы. Неудивительно, что за несколько месяцев перед смертью Стивен Джобс, известный своей мизантропией, пытался отключить аппаратную блокировку поворота на iPad («помирать так с музыкой») и лишь широчайшее возмущение граждан заставило его вернуть все взад.
Конечно, заблокировать поворот экрана все-таки можно, но только на iPad это делается удобным рычажком на корпусе, на iPhone же и на Android это делается гораздо медленнее и вообще хуже.
Могучий интеллект А.Белышкина, нашего генерального директора, придумал решение:
При повороте устройства пользователь может просто придерживать пальцем текущее изображение в произвольной точке экрана и отпускать, когда поворот закончится. ОС может опознать в такой ситуации, что поворачивать экран не стоит.
Другой могучий интеллект, а именно мой, придумал другое:
В течении пары секунд после поворота пользователь может двумя пальцами (жест вращения) повернуть экран в нужное ему положение; ОС после этого может рассматривать свое положение, как ровно горизонтальное или вертикальное и восстанавливать свою способность к повороту только при повторном наклоне больше чем на 40°.
Оба варианта не без изъяна: в первом нужно что-то делать ещё до поворота картинки (а как это сделать, если экран переворачивается именно что внезапно), во втором же картинка все-таки становится внезапно на попа, что, собственно говоря, и раздражает. Неудивительно, что обладатель могучего интеллекта №2, услышав решение могучего интеллекта №1, сардонически захохотал, а могучий интеллект №1 охарактеризовал решение могучего интеллекта №2 в нескольких точно подобранных словах, которые я не решаюсь приводить в корпоративном блоге.
Соотвественно, вопросы. У кого лучше? Можно ли придумать решение эргономически ещё симпампушечнее? Если да, то каково оно?
Google объявил, что все авторизованные в Google пользователи будут получать страницу результатов на сервере, снабженном SSL. Одновременно с этим объявлено, что у таких пользователей в Analytics больше не будут показываться поисковые слова (насколько я понимаю, их теперь не будет видно и из серверной статистики; поправьте меня, если я ошибаюсь).
Это огромное событие для любого, кто занимается контентным анализом сайтов. Больше всего будут затронуты SEOшники и пусть их; но и редакторам любых контентных сайтов придется не сладко, поскольку органик-запросы - надежный показатель направления интересов посетителей, их активного лексикона и т.п. Как профессионал, я трепещу; правда, будучи еще и частным лицом, теперь более доволен жизнью, чем раньше - анализ веб-статистики всегда был на грани скатывания в «privacy пропасть», а в последнее время возможностей для этого скатывания только прибавилось (Flash-куки, сеть виджетов Facebook и т.п.).
Это поднимает интересный вопрос, одновременно практический и этический - сколько продержится в текущем виде Яндекс.Метрика. Яндекс, еще недавно бывший сугубо отечественным явлением, теперь, напродававши акций, вероятно, будет вынужден оперировать на буржуазном этическом уровне - а он, когда дело касается privacy, всё-таки повыше, чем в стране победившего социализма.
Пара примеров:
* И не уверен, что Яндекс имеет право такое хранить на своих серверах - никакого customer consent Яндекс от записываемого человека не получал; более того, поскольку Яндекс коммерчески использует запись, ему, скорее всего, нужно заключать модельный договор с каждым посетителем.
Никакого желания размахивать флагом святости у меня нет; напротив, я считаю, что пока можно, нужно пользоваться этими возможностями по максимуму (отключая, правда, счетчик на особенно стрёмных страницах). Вопрос только в том, сколько продлится эта вакханалия - нужно же как-то планировать свою профессиональную деятельность. Правда, частное лицо во мне в тот же момент говорит, что нужно наконец-то поставить в браузере блокировку кода Метрики. Вам тоже это рекомендую.
24ого коллеги из UIDesign Group устраивают очередной UX Marathon. Как обычно, дороговато, но, как обычно, полезно и вполне ориентировано на практику, что случается реже, чем хотелось бы. Горячо рекомендую.
В Праге недавно прошла конференция по информационной архитектуре. В блогах промелькнули отчеты по ней, откуда я с некоторым удивлением узнал, что информационная архитектура еще жива (кстати, очень рекомендую презентацию с этого события, не имеющую, впрочем, прямого отношения к ИА).
С удивлением, потому что думал, что хотя ИА вряд ли отомрет в ближайшее время, практикующие специалисты по ИА отмереть должны. С голоду. И вот почему.
ИА есть деятельность, направленная на раскладку контента по сайту так (а) чтобы максимально повысить находимость контента посетителями и (б) чтобы обеспечить еще несколько характеристик, например, сделать так, чтобы сайт легко расширялся в будущем. В пункте Б много всего, но по сравнению с пунктом А, все его характеристики не так уж важны.
И тут есть конфликт. Хотя теоретически ИА нужна любому сайту, для маленьких сайтов можно обойтись и без соотвествующей активности, а для больших ИА в целом просто не обеспечивает значимо хорошего результата – все равно структура будет огромной и единственным способом найти что-то будет поиск (пользователи давно это обнаружили, что видно по их тактике «даже известный мне сайт я буду открывать через гугль»). Получается, что зона коммерческой применимости ИА – средние сайты. Это очень сложно продавать.
Нормальный вопрос ИА – «как мне сделать так, что разделы А, Б и В хорошо находились?». Но этот же вопрос можно сформулировать иначе – «как мне сделать так, что разделы А, Б и В находились 80% пользователей, которым они нужны, при этом находились менее чем за две минуты?». Стоит это сделать, как вопрос из епархии ИА переходит в епархию юзабилити, и при этом становится только лучше.
Кем себя называть информационному архитектору? Архитектором или юзабилити-специалистом? При этом надо учитывать, что сфера применимости юзабилити гораздо шире структуры контента на сайте, отсюда перманентный дрейф из ИА.
Особенность ИА в том, что для работы ИА нужно обладать хотя бы рудиментарной квалификацией в трех областях:
Все три области не без изъяна.
Библиотечное дело во всем мире – в глазах общества низшая степень интеллектуального развития (так уж исторически сложилось, лично я этого отношения не разделяю). Соответствующие курсы в университетах повсюду характерны самым низким конкурсом на место; библиотечным работникам платят гроши. Существует социальная стигма; в качестве примера приведу простой факт – как только московский Институт архивоведения переименовали в Российский государственный гуманитарный университет, так сразу же все и завертелось. По моим наблюдением Великие, Пишущие Книги Информационные Архитекторы (далее ВПКИА) бежали от этой стигмы как от огня, факт связи с библиотеками тщательно скрывался, а все отсылки тщательно затирались; например, от прочтения соотвествующих книг у меня создавалось впечатление, что фасетный классификатор изобрели сами ВПКИА. Это наблюдение я могу доказать: если посмотреть на Amazon, какие книги покупают вместе с книгами ВПКИА, по библиотечному/архивному делу выскакивает… …ничего (пример). Ни к чему хорошему отказ от даровых знаний не привел.
Проектирование интерфейсов не такое дело, чтобы им можно было заниматься 10% времени и рассчитывать на профессиональный результат. Поскольку проектировщикам работы было больше, у них больше было и денег (см. пункт 2), люди же, которые оставались в ИА, оставались именно что с рудиментарными знаниями в этой области без шанса улучшиться.
Примерно так же обстоит дело с подачей контента, но только есть ухудшающий фактор: работа эта значительно хуже формализуемая, в результате научиться ей можно разве что поработав пару лет помощником главного редактора в каком-либо журнале или сделав свой собственный сколько-нибудь объемный контентный проект (ведение твиттера не прокатит). Вероятность того, что квалифицированный человек в этой теме придет в ИА, по моей оценке, просто нулевая.
В результате информационные архитекторы, будучи хорошими, симпатичными людьми, вынуждены прозябать в профессиональном ваккуме (или менять профессию).
Все эти три пункта привели к тому, что ИА как деятельность вполне осмысленна (как-то ведь контент надо раскладывать), а как профессия — нет. Я сам когда-то был информационным архитектором, рисовавшим огромные, на А0, схемы сайтов — и по этим самым причинам за год ушел в проектирование интерфейсов/юзабилити (и ни разу не посмотрел назад).
Потому то и удивился, узнав, что архитекторы еще подают признаки жизни. Похоже, правда, что ИА теперь связана со своей стигмой, во всяком случае, пришлось придумать новый термин content strategy (насколько я, дилетант, смог понять, это деятельность по поиску контента, который проще удалить, чем поддерживать, но уверен, что контент стратегисты живо меня разубедят).
Предуведомление. Я старый ворчун (мягко говоря); мое мнение определяется тем, что я принадлежу к классу старых ворчунов и как таковое классово пессимистично; если вы оптимист, юный душой, можете дальше не читать, а прочтя, не жалуйтесь, что вас не предупреждали.
Существует множество видов дизайна, в которых от дизайнера не требуется знать слишком уж много о социальной составляющей своей работы. Плакатный график, например, помимо умения собственно рисовать плакаты, должен знать всё и немного больше о доступных ему методах печати; также он должен примерно представлять, что его плакаты будут висеть на стенах и на них будут смотреть. Что-то большее он может знать, но не обязан; знает — хорошо, не знает — ну и ладно, пока плакаты хорошие. Примерно так же обстоит дело с дизайнерами мебели: вот шкаф, в него кладут вещи, а порой стукаются о его углы (в особенности о ножки), порой ущемляют пальцы дверцами и выдвижными полками.
Эти два примера (могу больше, но ленюсь) показывают не универсальный, но четкий, на мой взгляд, паттерн. Чем больше деталей в артефакте и чем разнообразней технология, тем обычно проще сделать неуместное. Я затрудняюсь придумать неуместный плакат, будь то неуместность сюжета или исполнения; придумать же неуместный шкаф я могу запросто, хоть сотню.
В качестве примера такой неуместности не могу не привести свежий пример. Телефоны Samsung Galaxy I и II во всех отношениях прекрасны технологически, но у них даже на лицевой стороне (а не только на тыльной) крупно написано Samsung — “Я уже купил этот телефон, так зачем мне тысячи раз прижимать к уху слово Samsung? И зачем на обратной стороне слово Samsung набрано там и так, что никто не может его увидеть, когда я, гордый своим приобретением, прилюдно говорю по телефону?” У iPhone, напротив, спереди нет ничего, зато логотип сзади крупный, как антоновка — я, потребитель, не вижу, они, потенциальные потребители, не могут не заметить.
Согласно этой теории, существуют прямо таки заповедники этой неуместности, т.е области, в которых вывести в производство новый артефакт стоит дешево, а технология либо сложная, либо в одном предмете технологий много. Я знаю два таких: (а) интерактивный дизайн всех видов и (б) гаджеты. В этих двух областях процент цельных, хотя бы добротных, артефактов печально мал*: в интерактиве по многим причинам, о части которых я буду говорить ниже, а в гаджетах — из-за того что мириадам китайских фабрик пока банально не хватает дизайнеров и думающих технологов. Про гаджеты я знаю мало, зато про интерактив знаю много, в частности, про веб-дизайн; о нем и пойдет речь.
* Утешительно, что хотя хороших сайтов мало в процентах, сайтов вообще настолько много, что вполне можно жить и без плохих; с гаджетами ситуация похуже.
Чтобы понятно было, о чем пойдет речь далее, предлагаю ознакомиться с со статьей News Redux (увы, на английском). Лучшей демонстрации принципов и причин, ведущих к неуместности, я не видел никогда.
Пара случайных наблюдений (на самом деле там каждый абзац — перл неуместности):
Но самое характерное, на мой взгляд, не это, а то, что после всех манипуляций с газетой у автора получился… получился…
…блог.
Не буду писать, что блог, по-видимому, не лучшая форма подачи новостей, а одна из многих форм и каждый раз, выбирая форму подачи, полагается делать осмысленный выбор. Не буду писать о том, что линейная форма подачи блога никак не соответствует подаче многих событий, происходящих единовременно. Не буду писать о том, что у формата блога, в общем и в частностях, никак не отработана подача уточнений, обновлений и ссылок на новые данные для каждой конкретной заметки.
Но зато не могу не отметить, что газетчики более сотни лет убеждали рекламодателей в том, что реклама в газетах вещь ценная и хорошая, а блоггеры этого не делали (все лет пятнадцать существования блогов; при первом взгляде на блоги зачастую даже кажется, что давать там рекламу не только не полезно, но и вредно). Более того, эту убежденность разделяют (пусть и подсознательно) и потребители — упрощенно говоря, видя рекламу в NYTimes они думают “Ага!” или “Конечно!”, а видя рекламу в блогах — “Ага-ага, конечно”. Попросту говоря, низводя NYTimes до блогов, автор предлагает окончательно разорить издание.
Неудивительно, что, хотя с момента публикации предлагаемого редизайна прошло уже довольно много времени, NYTimes не демонстрирует свою готовность меняться в предлагаемом автором направлении.
Конечно, остается открытым искренне ли верил автор в то, что писал или просто троллил (лично я думаю, что примерно 50 на 50). Однако его намерения, на мой взгляд, довольно характерны для дизайнеров, в целом укладываясь в два паттерна:
Лично у меня есть сомнения в обоих этих пунктах.
Мой опыт показывает, что простота в чистом виде есть обман зрения. То, что людям нравится и то, за что они готовы платить деньги есть не сама простота, а перекладывание сложности на чужие плечи; этими плечами в интерактивных системах обычно является технология и/или алгоритм.
Вот технологический пример. Первые радиоприемники, согласно книге Объекты желания Адриана Форти (которую я, кстати сказать, горячо рекомендую), были устройствами сложными, кишащими рукоятками и рычагами. Очень быстро они трансформировались в ящики с всего двумя верньерами (включение/громкость и настройка волны), а современные радиоприемники с автоподстройкой еще проще (вместо настройки на волну достаточно нажать на соответствующую кнопку). Стало ли взаимодействие проще? Да, конечно. Стал ли радиоприемник проще? Нет, конечно, не стал; то, что делал раньше пользователь, делает теперь сам приемник, так что его конструкция несколько усложнилась. Представим, что в 1910ом году дизайнер с бешеной страстью к простоте попытался сделать приемник всего с двумя верньерами. Возможно, это даже ему удалось; но стало ли бы лучше, учитывая, что эти два регулятора были бы вынуждены управлять множеством разных параметров? Лично я сомневаюсь.
Вот пример алгоритмический. Google Maps понемногу научается определять местоположение пользователя, чтобы, строя маршрут, ему не приходилось к точке назначения дополнительно указывать еще и точку отправления. Проще становится взаимодействие? Конечно. Стали ли карты проще? Нет, о сумме технологий, требующейся для такой отработки, и подумать страшно.
Если же говорить о чистом дизайне, замечу, что для того, чтобы информация на листе действительно стала легко читаться и считываться, дизайнеру приходится существенно поработать, расставляя акценты, визуальные веса отдельных элементов и подсказки для глаза.
Ни в одном из этих случаев не идет речь о простоте. Напротив, система усложняется, чтобы в одной единственной точке — на взаимодействии с пользователем — казалось, что система простая.
Если же теперь посмотреть на то, что тов. Ратледж предлагает с плане простоты, становится очевидным, что ничего существенного: сложная страница, по которой читатель бегает взглядом во все стороны в поиске интересного, заменяется простой страницей, на котором тот же читатель так же бегает взглядом, но исключительно сверху вниз. Это не простота, а упрощение, хотя бы потому, что бегать взглядом придется дольше (в частности, на продолжительность прокрутки страницы). Где же тут привнесенная ценность? Вот если бы автор предложил бы более продуктивную персонализацию, легкость фильтрации материалов по теме, повышение плотности информации на пиксель или что-либо другое, добавляющее ценности — это была бы простота.
Пример с телефоном Samsung, который я привел выше, показывает о чем я говорю — дизайнеры Apple, по-видимости, думали о том, чтобы сделать iPhone рекламным носителем себя же, а дизайнеры Samsung, по-видимости, не думали. Но ситуация шире.
Попросту говоря, если дизайнер делает свою работу для коммерческой организации, которую (обычно так и бывает) заботит извлечение прибыли, дизайнеру полезно думать о том, чтобы прибыль эту хоть как-то увеличить или хотя бы не снизить. Не знаю, почему сентенция о том, что “дизайнер работает для заказчика, а заказчик — для потребителя; дело дизайнера сделать счастливым заказчика, сделав для этого счастливым потребителей” так сложна для понимания, но, по-видимости, она действительно сложна (во всяком случае, тов. Ратледжу явно недоступна).
Тема эта широкая, состоящая из многих, не всегда связанных между собой, стратегий. В частности:
И многое, многое другое.
Единственный известный мне способ научиться этому мироощущению — перестать думать о дизайне как о дизайне и начать думать о дизайне как о части продукта. И статья тов. Ратледжа здесь очень полезна, хотя вряд ли так, как планировал её автор. Ее надо читать и делать ровно наоборот.
Традиционно в нашей стране самой популярной стилистикой в интерфейсах и в тех. руководствах на софт было руководство по стилю и глоссарий от Microsoft. Вполне заслуженно, между прочим:
Конечно, и там были свои проблемы (так, одно время буржуазное слово «аpp» полагалось переводить как «приложеньице»; чтобы избежать лишнего хихикания, замечу, что (а) в те годы сам термин обозначал только Java- и ActiveX-приложения внутри браузера и (б) в Microsoft быстро одумались). Главным, впрочем, было уныние, которое это стилевое руководство порождало, поощряя официальнейшие формулировки и структуру предложений.
Наконец-то одумались. В новой версии руководства по стилю теперь разрешается:
Давно пора, «могу считать я». Если теперь кто-то со звериной серьезностью скажет вам с вопросительной интонацией (они, звериные серьезники, всегда боятся и всегда говорят с вопросительной интонацией):
— Боюсь, что наши пользователи не поймут, почему у нас написано «Установите нашу замечательную программу», а не «Можно установить нашу замечательную программу»…
Вы вполне можете пристально осмотреть вопрощающего с пяток до макушки, легонько щелнуть его по носу и, наклонившись к уху, завопить:
— Микрософт разрешил!
И это будет хорошо и правильно.
1 и второго октября (это выходные) в Самаре пройдет фестиваль веб-разработчиков «404», на котором я (в том числе) буду выступать:
Помимо этого, там будет еще много интересного (даже не считая пьянки и прочего межличностного общения). Лично я надеюсь послушать доклады:
Конкретно секцию проектирования интерфейсов я вообще очень рекомендую. Заведует ей Алексей Копылов из UIDesign, так что можно быть уверенным, что никто не будет рассказывать, что Юзабилити люто, бешено Выгодно и Выведет ваши Продажи на Новые Высоты.